RSS
 

Вероятные противники Государства Израиль и перспективы действий против них израильских спецслужб и армии с точки зрения политической целесообразности

19 июня

Евгений Сатановский – президент Института Ближнего Востока

Практически все эксперты, вне зависимости от их отношения к Израилю, разделяют военно-разведывательную и политическую составляющие, определяющие эффективность действий разведки (МОССАД), контрразведки, занимающейся в.ч. арабским направлением (ШАБАК), военной разведки (АМАН) и Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ). Профессиональная составляющая израильской системы безопасности на протяжении многих лет, если не десятилетий, значительно превышает аналогичные характеристики системы политической, что, привело на протяжении последних двух десятилетий, к ряду досадных тактических и опасных стратегических провалов, включая две последние войны «прерванные» политическим руководством страны. В то же время, как представляется, происходящее – не более чем временный кризис, один из многих, через которые прошел Израиль за время своего существования.

Задним числом легко полагать Войну за независимость 1948-49 гг., синайскую кампанию 1956 г., Шестидневную войну 1967 г., Войну Йом-Кипура 1973 г. или Первую ливанскую войну 1982 г., не говоря о военных и разведывательных операциях меньшего масштаба, вехами в пантеоне израильской военной славы. Ветераны-очевидцы, в том числе относящиеся к высшим эшелонам израильской системы безопасности, ко многим событиям тех лет, свидетелями и участниками которых они были, относятся более чем скептически, полагая, что Израиль на протяжении своей истории не раз был на грани катастрофы. То, что эта грань не будет пересечена, отнюдь не являлось непреложной истиной для «старого» Израиля, в отличие от настроений, воцарившихся в Иерусалиме с начала 90-х годов. Самоликвидация социалистического блока, десятилетиями поддерживавшего противников Государства Израиль, мираж быстрого завершения арабо-израильского конфликта и кажущаяся прочность опоры на США, породили в израильском политическом истеблишменте опасную самоуверенность, разрушенную событиями первого десятилетий нового века. Основой этих событий стали интифада Аль-Акса, превращение, с уходом из Южного Ливана ЦАХАЛа, в лидирующую военно-политическую силу этой страны шиитског движения «Хизбалла», гражданская война в Палестине и захват сектора Газа движением ХАМАС, после вывода оттуда израильских поселений и армии – «итнаткута». В то же время, политическая составляющая 2000-х гг. в Израиле во многом определялась инерцией предыдущего периода. Население избавилось от пацифистских иллюзий, однако руководство страны было сковано обязательствами предшественников, а разведывательное и военное сообщество пыталось обеспечить безопасность, не разрушив основы «мирного процесса». Парадоксальность этой ситуации проявилась в 2006 г., в ходе Второй ливанской войны, рецидивом ее стала в 2009 г. «украденная победа» ЦАХАЛа в операции «Литой свинец» в секторе Газа. Между тем, разница между этими военными конфликтами существует и она велика.

Война 2006 г. выявила непрофессионализм военного и политического руководства Израиля, развал службы тыла, проблемы в армии, ослабленной за время «периода Осло», и потерю стратегической инициативы, перехваченной у Иерусалима Тегераном и его союзниками. Конфликт в Газе засвидетельствовал восстановление боеспособности ЦАХАЛа и эффективность действий израильской разведки, при сохранении политической недееспособности руководства страны, что и привело к смене правительства на последовавших выборах. Понимание принципиальной возможности нейтрализации «Хизбаллы» и быстрого военного разгрома ХАМАСа – наиболее важный итог операции «Литой свинец» не только для Израиля, но и для руководства этих организаций. Отсутствие у Иерусалима стратегии, рассчитанной на достижение военной победы, из-за нежелания Израиля оккупировать занимаемые его противниками территории, позволило им восстановить военный потенциал. В то же время сложившийся баланс сил, как представляется, недолговечен. ХАМАС и «Хизбалла» занимают слишком чувствительные для Израиля позиции, чтобы их присутствие в контролируемых ими регионах в качестве инструмента иранской внешней политики оказалось возможным на долгосрочной основе. Либо этим движениям удастся найти формулу мирного сосуществования с Израилем на взаимоприемлемых условиях, либо они станут очередным доказательством иллюзорности леволиберальной мантры о «невозможности ликвидации политических движений военным путем». Заклинание это было не раз опровергнуто в новой и новейшей истории, последний раз – разгромом на Шри-Ланке «Тигров Тамил Илама», доказавшим, что политические движения успешно ликвидируются военным путем, при желании и способности заполнения чем-либо вакуума, возникающего после этой ликвидации.

Израильскую военно-политическую элиту, при всей ее традиционной раздробленности на партийно-клановые группы, апеллирующие в межпартийной борьбе к внешним арбитрам, главным из которых является руководство США, ухудшение внешнеполитической обстановки, сопровождающееся ростом военной угрозы, как правило, сплачивает. Именно это произошло в Израиле, вследствие выхода на первый план иранского фактора. Идущий к ядерному статусу Иран, расширяющий сферу влияния, оказался более опасным противником Израиля, чем арабские государства. Поставив на службу своим интересам значительную часть радикальных группировок исламского мира, за исключением наиболее последовательных противников шиитов из числа «Аль-Каиды», создав на границах Израиля насыщенные ракетами плацдармы в Южном Ливане и Газе, нейтрализовав внутреннюю оппозицию, режим М.Ахмадинежада находится в сложном экономическом положении. Война против Израиля объективно необходима ему для решения внутренних проблем. Именно с этим связаны попытки ИРИ спровоцировать Израиль на нанесение удара по территории Ирана, которые, не исключено, увенчаются успехом. Разумеется, обещаний уничтожить еврейское государство, отрицания Холокоста или поддержки палестинских радикалов для этого недостаточно. Но удар по израильской территории «Хизбаллы» или ХАМАСа с применением имеющихся на их вооружении ракет или очередная провокация в адрес ЦАХАЛа, не говоря о возможности очередного похищения израильских военнослужащих, может изменить ситуацию. Сами по себе эти движения не представляют для Израиля серьезной угрозы, но в качестве иранских плацдармов они опасны – и это делает их объектом превентивного удара ЦАХАЛа, когда руководство Израиля сочтет войну с Ираном неизбежной.

Как следствие, правящая коалиция, которой ее оппоненты предрекали развал с первых дней ее существования, оказалась неожиданно прочной. Беспрецедентное давление со стороны президента США Б.Обамы и его администрации, граничащее с вмешательством во внутренние дела Израиля, не привело к падению правительства Б.Нетаньяху. Глава Белого дома, чье отношение к Израилю близко к наиболее последовательным противникам этой страны – проблема для Израиля в преддверии неизбежного столкновения с Ираном. В то же время, ставшее следствием этого лавинообразное обрушение рейтинга Обамы в Израиле, превращение его в глазах не только израильтян, но и значительной части американских избирателей в главную проблему еврейского народа – несомненно скажется на перспективах Демократической партии и ее лидера, о котором все больше говорят, как об «одноразовом» президенте даже в демократическом истеблишменте.

Положение Израиля в настоящее время достаточно серьезно, чтобы предполагать отказ его руководства от не оправдавших себя теорий в пользу прагматических шагов. При этом ряд постулатов израильской внешней политики и военной доктрины, пересмотренных в 90-е гг. в пользу «постмодернистских» веяний не выдержали испытания временем. Израиль вынужден пересмотреть сложившийся на протяжении нескольких десятилетий баланс соотношения сил сторонников и противников, учитывая провал военной стратегии американских «неоконов» на Ближнем и Среднем Востоке, банкротство теории и практики «экспорта демократии», проявившуюся в Афганистане неспособность НАТО к эффективным военным действиям в условиях партизанской войны, переориентацию Турции на союз с противниками Израиля, доминирование антиизраильских настроений в ООН, ЕС, администрации США и, как следствие, в четверке «коспонсоров мирного процесса». Опора Израиля на внешние «миротворческие» силы нереалистична, в связи с отсутствием дееспособных в военном отношении миротворцев, что доказала ситуация с «Хизбаллой» после Второй ливанской войны. Готовность США выполнить обязательства предшествующих администраций по защите интересов Израиля – более чем сомнительна даже без учета иранского фактора, а в cлучае с Ираном почти нулевая. Ни армия, ни разведывательные службы Соединенных Штатов не готовы к войне с Ираном, и какими бы санкциями президент Обама ни грозил ИРИ, для президента Ахмадинежада он представляет собой «бумажного тигра».

Эксперименты левосоциалистического толка во внутренней политике и экономике США, проблемы в Пакистане, Афганистане и Ираке, усиление исламистов на Аравийском полуострове, в Сахеле и Сомали оставляют американскому президенту мало пространства для маневров. Попытки договориться с исламским миром за счет Израиля не принесли Б.Обаме заметных дивидендов, осложнив перспективы арабо-израильского диалога. Подстегиваемый рекомендациями ультралевых еврейских членов его команды президент США завысил планку требований к Израилю до неприемлемых для любого израильского правительства величин, демонстрируя крайний волюнтаризм. Создание при участии основных спонсоров Б.Обамы в США еврейского антиизраильского лобби – т.н. «J стрит», напоминающего Антисионистский комитет советской еврейской общественности 80-х гг., отсутствие в администрации президента США минимального прагматизма в вопросах Иерусалима и поселений Иудеи и Самарии спровоцировало руководство ПНА пойти на ужесточение требований к Израилю. Результатом стали такие провокативные шаги, как запрет на работу в поселениях палестинцев под угрозой тюремного заключения, конфискация и уничтожение произведенных в поселениях товаров в палестинских торговых сетях, активизация антиизраильской деятельности ПНА на международной арене и угрозы одностороннего объявления палестинского государства.

Как представляется, в сложившихся условиях Израиль не сможет и не будет уступать до бесконечности. Союзнический статус США и сами американо-израильские отношения вряд ли подвергнутся сомнению, однако если Б.Обама и добьется политического кризиса, в итоге которого Б.Нетаньяху потеряет пост премьера, победа эта отнюдь не будет означать прихода в Израиле к власти левого лагеря. Лагерь этот не пользуется поддержкой избирателей и вряд ли улучшит свои электоральные результаты на очередных парламентских выборах – скорее следует ожидать перераспределения отданных в его пользу голосов. Его наиболее яркие лидеры, президент Ш.Перес и лидер партии Труда министр обороны Э.Барак достигли пика возможной для них в силу возраста карьеры и статус, предоставленный им Б.Нетаньяху, вполне устраивает их обоих. Безуспешная попытки лидера Кадимы Ц.Ливни по окончании последних парламентских выборов склонить их на свою сторону и сформировать левоцентристское правительство свидетельствует о неспособности левого лагеря к объединению. Не забудем, впрочем, что за исключением Первой ливанской войны 1982 г. все войны, которые вело Государство Израиль, включая два последних конфликта, оно вело при левых и левоцентристских правительствах, что осложняет для левого лагеря любую антивоенную деятельность, в случае с Ираном, «Хизбаллой» и ХАМАСом сводя ее возможность на нет.

В конечном счете Израилю в противостоянии с Ираном либо придется рассчитывать на собственные силы, что осложняет эту задачу, но не делает ее невыполнимой, либо действия Тегерана не оставят Вашингтону другого выбора, кроме поддержки Иерусалима, либо позиция США изменится в лучшую для Израиля сторону с приходом в Белый дом новой администрации. Пока правительство Б.Нетаньяху выдерживает в отношениях с администрацией Б.Обамы условно-позитивную паузу, временные рамки которой ограничены мораторием на строительство поселений, действие которого оканчивается осенью. Осень 2010 г. – критический срок, до истечения которого Израиль с большой степенью вероятности нанесет удар по сателлитам Ирана на собственных границах, развязывая себе руки для прямого столкновения. Не исключено также, что удар по иранским ядерным объектам будет произведен одновременно с блокированием ХАМАСа, «Хизбаллы» и Сирии. Сценарии такого рода рассматривались военными аналитиками, как и перспектива ирано-израильского обмена ядерными ударами. При этом, если Сирия с высокой степенью вероятности может остаться в стороне от ирано-израильской войны, для «Хизбаллы» этот шанс много меньше, а для ХАМАСа почти равен нулю.

Охлаждение в отношениях Израиля с Турцией носит долгосрочный характер, следствием чего стал отказ от поставок Анкаре современного вооружения, перенос маневров израильских ВВС с территории Турции и дебаты в кнесете о признании геноцида армян в Османской империи. Отметим, что курс «новых османов»: премьер-министра Турции Р.Т. Эрдогана, президента А.Гюля и главы МИД А.Давутоглу на ограничение роли турецкой армии, являвшейся основным лоббистом сотрудничества с Израилем, и развитие связей с Ираном и арабскими странами в ущерб Израилю вряд ли мог привести к чему-либо другому. Провал попыток Э.Ольмерта использовать Турцию как посредника в диалоге с Сирией и столкновение Ш.Переса с Р.Т.Эрдоганом в Давосе публично продемонстрировали, насколько далеки позиции турецкого и израильского руководства. Можно лишь предполагать, в какой мере это укрепит в Восточном Средиземноморье позиции Греции, на протяжении длительного периода пытавшейся соперничать с Турцией в сотрудничестве с израильским ВПК. Помимо прочего, антиизраильские настроения в турецком руководстве исключают использование ВВС Израиля северного коридора для нанесения удара по иранским ядерным объектам.

Центральный маршрут, через Иорданию и Ирак, может быть использован Израилем после вывода с территории Ирака к августу 2010 г. значительной части дислоцированного там американского военного контингента. Препятствовать этому не смогут ни ПВО Иордании, ни отсутствующие как таковые ПВО Ирака. Представляется, впрочем, что озвученные американским командованием угрозы нанесения удара по израильским самолетам, в случае использования Израилем воздушного пространства Ирака для атаки на Иран, носят гипотетический характер. Возможность использования Израилем южного маршрута, через Аравийский п-ов и Персидский залив зависит от неформальных договоренностей с руководством монархий Залива, в первую очередь Саудовской Аравии. В условиях растущей напряженности между Ираном и странами Залива, включая КСА, ОАЭ и Бахрейн, исключать наличие такой договоренности не следует.

Активизация Ирана в Сахеле, Судане, на территории Африканского Рога и Синайского п-ова гарантировали Израилю негласное, но важное для него сотрудничество с руководством и спецслужбами Марокко и Египта. Прохождение судов ВМФ Израиля, в т.ч. подводных, через Суэцкий канал, групповые тренировки ВВС на дальних дистанциях, включая Западное Средиземноморье, свидетельствуют о готовности Государства Израиль вести войну с Ираном с использованием всех имеющихся у него средств. Особыми темами являются список иранских объектов, которые могут быть атакованы Израилем самостоятельно, либо в сотрудничестве с США, перечень боеприпасов, необходимых для ликвидации объектов подземного базирования – т.н. «бункерных бомб», а также проблема применения в случае необходимости тактического ядерного оружия. Последнее маловероятно, но поскольку, по мнению израильских экспертов, к 2020 г. Иран будет иметь несколько десятков зарядов, необходимых для ведения ограниченной ядерной войны, исключать эту возможность не следует.

Рассуждая о возможности силового развития событий в противостоянии Ирана и Израиля, не следует забывать, что блокада Ормузского пролива, которой угрожает Иран, делает его столкновение с США практически неизбежным, вне зависимости от того, насколько это осложнит положение американских войск в зоне иранского влияния в Ираке и Афганистане. Удар ИРИ по районам нефте- и газодобычи стран Залива превращает их в союзников Израиля так же автоматически, как активизация при поддержке иранской агентуры террористического подполья и местных сепаратистских движений. Все это в равной мере относится к иранским сателлитам и союзникам. ХАМАС, «Хизбалла» и Сирия могут остаться в стороне от ирано-израильского противостояния, только сменив патрона и дистанцировавшись от политики Тегерана. Представляется, что это в первую очередь вопрос ирано-саудовской конкуренции, пока что выигрываемой Тегераном.

При всем совпадении интересов Израиля и части стран арабского мира, последние, помогая еврейскому государству в противостоянии с Ираном, действуют исключительно в собственных интересах и заинтересованы в первую очередь во взаимном ослаблении Тегерана и Иерусалима. Подталкивая их к войне, они будут демонстративно протестовать против любой «сионистской агрессии», в т.ч. в ООН и на международной арене в целом, и стремиться углубить разногласия между Вашингтоном и Иерусалимом. Именно такую позицию эти страны заняли во время Второй ливанской войны и операции «Литой свинец». Израильское руководство не испытывает иллюзий по этому поводу.

Отметим, при всем различии методов, жесткую и последовательную политику и правящей в Израиле коалиции, и правительства Ирана. Возможность смещения в итоге очередных выборов симпатий избирателей в обеих странах исключительно вправо, в пользу национально-патриотического лагеря. Активную и небезуспешную подготовку Израиля к войне с Ираном, а Ирана – к войне с Израилем. Готовность обоих правительств отстаивать национальные интересы своих стран в спорах с действующей администрацией США, в т.ч. по вопросу национальных ядерных программ. Агрессивную внешнюю политику Ирана и его союзников, провоцирующую войну и отсутствие резервов для отступления у Израиля, для которого пересечение любой «красной черты», которыми он ограничен, означает опасность физического уничтожения. Все это может до истечения текущего года, сделать ирано-израильскую войну неизбежной.

Ситуация, включая реакцию «мирового сообщества», слишком напоминает обстановку, сложившуюся в Европе в конце 30-х гг., чтобы можно было уповать на то, что она разрядится сама собой. Израиль не хочет играть роль новой Чехословакии: руководство страны слишком хорошо знает цену «международным гарантиям», а население не готово к коллективному самоубийству. Как следствие, надежды экспертов на то, что Государство Израиль будет ограничено в противостоянии ИРИ, а тем более Сирии, ХАМАСу или «Хизбалле» чем-либо, кроме собственного видения целесообразности развития конфликта по тому или иному сценарию, кажутся наивными. При всем желании мира, готовиться в ирано-израильском конфликте имеет смысл именно к войне. Предотвратить ее мог бы разве что отказ Ирана от агрессивной политики по отношению к Израилю, действенным проявлением которого могло бы стать заключение под патронажем членов ядерного клуба соглашения о ненападении Ирана и Израиля друг на друга с применением ядерного оружия, что позволило бы разблокировать наиболее острую составляющую кризиса. Сценарий этот, однако, не имеет шансов на осуществление, поскольку требование ликвидации Израиля является неотъемлемой частью идеологии правящего в Иране режима, отказаться от которой он не может. Поскольку шансы на смену этого режима равны нулю, сроки получения им ядерного оружия стремительно сокращаются, а мировое сообщество продемонстрировало в дискуссии с Тегераном о будущем иранской ядерной программы свою полную несостоятельность, израильское руководство готовится к войне. Как, впрочем, согласно всему вышесказанному, и руководство иранское.

http://www.iimes.ru/rus/stat/2010/03-05-10c.htm

 
Комментарии выключены

Опубликовано в рубрике Еврейское государство

 

Обсуждение закрыто.

 
Flag Counter Индекс цитирования